29 Август 2015 года. 9:40
1 497

Ненад Адамович: «Только Бечирай знает, как заставить Корзуна молчать»

Один из главных героев динамовской евроквалификации дает интервью Никите Мелкозерову.

Примерно за неделю до того, как Александр Гутор совершенно справедливо стал почти святым в представлении столичных болельщиков, Ненад Адамович заложил фундамент динамовского прохода в группу. В Бресте поднятый со скамейки серб организовал первый гол в ворота «Ред Булла» и самолично провел второй. Через несколько дней мы встретились в Минске, чтобы поговорить о метро, ресторанах, амбициях и профессионализме.

Беча, кофе, таксовать

– В нынешнем году проснулся твой внутренний лидер.

– Ну, он не особо спал, на самом деле. Просто сказался переезд в Беларусь. Это мой первый легионерский опыт. Надо было привыкнуть. К сожалению, я потратил на это довольно много времени. Хорошо, что клуб подождал меня. Я знаю специфику «Динамо». Это большая команда, которой нужен результат как можно быстрее. Так что мне сильно повезло. Спасибо. Мне верили. Я это ощущал. И вот в нынешнем году все пошло, как надо. Да, поначалу было трудно – то штанга, то перекладина. Но я верил, что все вот-вот станет нормально. Потому продолжал много работать. И теперь мне все нравится. Я чувствую, что могу быть еще лучше и, честно, стремлюсь к этому.

– То есть ты не прыгнул выше головы?

– Нет, сейчас я показываю игру своего уровня. Понимаешь, когда я только-только появился в «Динамо», было лето. Сборов с командой, понятное дело, никаких. Первых три-четыре месяца, скажу честно, было тяжело. Я поменял команду, город, страну.

Помню, не мог привыкнуть к погоде. В Беларуси холоднее, чем в Сербии. Плюс каждый день что-то меняется. Сегодня – солнце, завтра – снег, послезавтра – дождь. А иногда все это происходит в один день. Не сказать, что меня прибивало, но было непривычно. В Сербии погода стабильнее. Летом – лето. Зимой – зима.

Города не знал, естественно. Но это быстро прошло. Поначалу я гонял на метро. Две линии – сложно что-то перепутать. Жил на «Спортивной». Ехал прямо по ветке до конца. Мне нравилось. Пока ехал, рассматривал вагон, станции и людей. Все равно меня тогда никто не знал. Сейчас уже могут иногда обратить внимание. Пожелать что-то. Но в этом плане Беларусь, конечно, не Сербия. Вот мы с тобой сидим на открытой террасе в центре Минска. В Белграде игрок «Партизана» или «Црвена Звезды» не может себе позволить такого. Потому что замучается раздавать автографы и общаться. Но я не жалуюсь :).

Когда пересел на машину, понял, что у вас тут хорошая навигация. В центре вообще все ясно. Плюс везде указатели. Быстро привык. Теперь все знаю. Могу таксовать :). Хотя в Минске это, наверное, каждый может. Я смотрю, многие ваши таксисты ездят по городу с навигатором. А их коллеги в Белграде знают каждую улицу. Слушай, вот я недавно ехал в такси по Минску, так таксист спросил меня, где находится стадион «Трактор». Представляешь? Я, конечно, удивился, но все ему показал. Вот видишь, приехал из Сербии и рассказываю белорусам, где у них что находится в столице :).

Продолжая о проблемах, на старте я не знал языка. Спасибо Слабодану Симовичу, который много помогал мне и Веселиновичу. Знаешь, когда на поле не можешь объясниться с партнерами, чувства откровенно так себе. Тебе кричат «Право!», а ты суешься вперед. Хотя мой первый матч в Гомеле вышел ничего таким. Нами тогда руководил голландец Маскант, который говорил на английском. Это хоть как-то спасало. Но, честно, когда у тебя в голове перемешиваются три языка, она начинает пухнуть :). Мне по непривычке было сложно. Реально стрессовая ситуация.

– Как ты учил русский?

– Сима что-то рассказывал. Что-то я слышал на тренировках. Что-то пытался повторить, когда ездил в магазины или кафе. Может, поначалу и стеснялся, но после понял, что это глупо. Зачем стесняться? Если хочешь чему-то научиться, надо пробовать. Плюс я не бразилец, чтобы жаловаться на русский язык. Они похожи с сербским. Это не немецкий. Язык не сломаешь, чтобы произнести одно слово :).

– Самое сложное русское слово?

– О, их много. Пере… Перевра… Перевор… Перервачиваемся. О, переврачиваемся :). Два года назад я очень веселил местных ребят своими попытками говорить на русском. Сейчас то же самое происходит с Бечираем. Пацаны слушают его и улыбаются. Но не перебивают. Ждут момента. А потом говорят: «Беча, ну, что ты говоришь?! Ну, вообще же ничего не ясно». Я тоже веселюсь. Просто Беча мешает все. Вот вообще все. Сербский, черногорский, русский. Разве что китайского нет. Например, Беча говорит: «Чтобы сделать это, у тебя нет… experience!» И все смеются.

Интересно смотреть, как Беча прогрессирует в плане языка. Мне потребовался год, чтобы почувствовать себя более или менее. Точно год. Хотя некоторые слова я не выучил до сих пор. Но я либо могу заменить их известными мне синонимами, либо залезть в Google translate. Серьезно. Хорошая штука, помогает. Раньше мы сидели по пять минут перед тем, как расплатиться по счету, и всей компанией соображали, как по-русски будет то или иное слово. После, конечно, лезли в телефоны за помощью Google. Выглядело это, наверное, смешно.

Теперь лучше всех по-русски из белорусских сербов (ребята из «Динамо», БАТЭ и «Минска») разговариваем мы с Николичем. Беча старается. И у него хорошо идет. Он говорил мне, что многое уже понимает, просто пока сам не может строить предложения. У Фатоса в голове много языков. Хорватия – пришлось учить. Китай – пришлось учить. И вот Беларусь. Каша. Но ничего страшного. Беча старается.

Вообще, я тут ко всему привык. Даже по Сербии не скучаю. Некоторые легионеры пользуются первой возможность махнуть домой, а я сижу в Минске. Тут круто. В Сербию в предыдущий раз ездил перед сезоном, в следующий раз поеду после сезона. Ничего страшного. Со мной живут жена и ребенок. Вместе все легче переносится. Малыш привыкает. Чувствует, что мы рядом. Правда, очень боится минских мотоциклистов, у которых ревут моторы. Врум-врум-врум. Когда малыш это слышит, сразу же бежит к папе или маме :).

– Как зовут твоего сына?

– Павле. По-вашему – Павел. Не знаю, почему я выбрал это имя. Наверное, потому что оно старое. Наверное, потому что его мало в Сербии. Наверное, чуть-чуть из-за патриарха Павла.

– А что значит «Ненад»?

– А что значит Ненад? Не знаю :). Ненад и Ненад. Но меня в Сербии редко называют по имени. Просто говорят: «Адам». В команде потравливают: «Лысый». Я не обижаюсь. Я же действительно лысый. Плюс все пацаны ко мне хорошо относятся.

Джигит, психанул, Флоренция

– У вас дружная сербская тусовка. Отчего тогда произошла потасовка в матче с БАТЭ?

– Мы же, как грузины. Темпераментные. Когда сербы играют в футбол, то брат забывает брата. Это норма. Ну, да – зарубились на бровке. Но ты посмотри чемпионат Сербии. У нас в каждой игре происходят такие стычки!.. Это вам – белорусам – непривычно. А мы уже не обращаем внимание. Рабочая ситуация. Но мы – нормальные ребята. Мы понимаем, что все плохие слова, произнесенные на поле, нужно забывать. Потому после матчей собираемся, пьем кофе, кушаем, миримся.

Честно, я не до конца разобрался в той ситуации. Насколько помню, Младенович изначально о чем-то поспорил с Рашовичем, а потом – с Бечираем. В итоге что-то произошло. Что точно – не знаю. Бече не понравилось. Фатос до сих пор не рассказал нам, что Младен ему наговорил. Мы и не спрашиваем. Надо отпустить ту ситуацию.

– О чем спорили Николич с Рашовичем?

– Да ни о чем. Рашович просто сказал, что мяч наш. Но, понимаешь, у них с Нико в «Динамо» что-то произошло. Неманья хотел уйти. Вуку это не нравилось. Вот и появилось напряжение. Оно и вылилось в такую бурную реакцию на поле. Очень бурную. Не надо было так. Хотя после мы созвонились и все обговорили… Правда, Бечирай с Младеновичем пока не решили свои дела. Они общались по телефону, но еще не встречались.

– Кто из вас самый эмоциональный?

– Младен. На поле он совсем джигит :).

– Ты ведь тоже вспылил в матче с БАТЭ.

– Да, когда меня заменили, психанул. Просто чувствовал, что не надо было этого делать. Да, в первом тайме выглядел тяжело. Но потом разбегался. Мне было легко. Перло. Хотелось играть. Поэтому чуть-чуть обиделся на Вука. Хотя я понимаю, что так реагировать нельзя… Но мы поговорили с Рашовичем сразу же после игры и все решили. Я был неправ. Правда, Вук все равно объяснил мне то решение.

Знаешь, Рашович старается донести до футболистов свои мысли, чтобы не возникало никакого недопонимания. Вот, например, матч с «Ред Буллом» в Бресте. Рашович позвонил мне за несколько дней и сказал, что я начну со скамейки. На установке он разбирал их правого защитника, а после начал делиться своими мыслями: «Я думаю, мы можем удивить соперника». Так и получилось. После мы общались с Бечираем и шутили: «Вук – волшебник :)».

Мне нравится наш тренер. Рашович очень внимателен к деталям. Он очень ответственно готовится к матчам. Неважно: играем со «Смолевичами» или с «Ред Буллом». При этом он, конечно, старается учитывать настроение игроков. Если ты недоволен, то можешь просто прийти и начать задавать вопросы «Почему я не играю?», «Что мне нужно изменить, чтобы начать играть?» Вук – открытый человек.

– Откуда тогда конфликт с Николичем?

– Нико не хотел общаться с Рашовичем по поводу своей ситуации. Неманья – непростой парень :). Но да, очень сильный футболист. Его травма помогла нам в «класико». Хотя я, безусловно, желаю Николичу здоровья и добра. Я вообще всем желаю добра. Просто конкретно в том матче травма Нико повлияла на ход событий.

– Тренер «Динамо» – твой соотечественник…

– И это ничего не значит. Я понимаю, что все опасаются легионерских группировок. В Сербии все то же самое. Наибольшие проблемы возникают с африканцами и южноамериканцами. Иногда у них получаются не группировки даже, а банды. Но это не наш случай. В команде только два серба-игрока. Сербы-тренеры – это отдельный мир. Мы не очень часто видимся.

Плюс от белорусов нас мало что отличает. Мы быстро адаптируемся. Да и Вук приходил в команду, уже зная русский язык. Сербского на наших тренировках всего чуть-чуть. И то потому, что Беча еще не до конца понимает. В остальном только русская речь. Тренировки на русском, установки на русском. Лишь бы не было нервозности. Хотя сербы зарекомендовали себя в «Динамо». Дамьянович, Веселинович, Симович – хорошие люди. Вряд ли к ним возникали вопросы по человеческим качествам. И теперь ребята в «Динамо» знают, что мы, сербы, не сделаем ничего плохого.

Серьезно, у нас отличное общение и с легионерами, и с белорусами. Лучший контакт налажен с Рассадкиным и Корзуном. Глеба все уже называют сербом. Просто он любит прийти к нам с Бечей и начать разговаривать. Как-то мы пошли на прогулку перед матчем, и Глеб с Фатосом отделились от общей группы. Шли, общались. Пацаны стали смеяться: «Смотрите, Рассадкин стал сербом». Знаешь, это даже хорошо. Ведь ребята играют в связке и разговаривают не только на поле. Беча делится своим опытом. Глеб задает вопросы и получает ответы. Это полезно для молодого.

Вот в прошлом году сильный легионер Бангура повлиял на прогресс белоруса Политевича. В этом году сильный легионер Бечирай повлиял на прогресс белоруса Рассадкина. По-моему, все очень здорово. Плюс забота тренеров о молодых. Рашович и Ранкович реально стараются им все объяснить. Это формирует хорошую атмосферу. Особенно на фоне положительных результатов. Серьезно, сейчас в команде сформировался отличный микроклимат, лучший за мои два года в Минске. Все друг за друга. Все готовы помочь одноклубнику.

К тому же положительное влияние имеет подписание ветеранов. Корытько, Тигорев и Булыга добавляют нам уверенности и спокойствия. Тот же Корытько столько лет играл в России. Он прекрасно знает, когда надо остановиться, а когда ускориться. Человек классно пользуется своим опытом. Все делает, все знает. Мне очень нравится.

– Хотел бы в 36 быть в такой форме?

– Я и в 30 был бы не против такой формы :). Володя здорово следит за собой. И, кстати, помогает молодежи. Смотри. Снова Бангура – Политевич, Бечирай – Рассадкин. И Корытько – Корзун. Идеальные связки :). Вова – классный учитель для Никиты.

Никита, кстати, – самый веселый парень в команде. Он говорит-говорит-говорит. Просто радио. Перед какой-то игрой мы отправились на прогулку. В начале пути Беча сказал: «Никитос, у меня есть 50 долларов. Если ты будешь молчать с этого момента и до игры, я тебе их отдам». Ты что! Это было самое сложное испытание в жизни Корзуна. Но он вытерпел. И, кстати, денег не взял. Они с Фатосом придумали другой способ возврата долга :). Получается, только Беча знает, как заставить Корзуна молчать.

– Говорят, вы хорошо общались с Молошем.

– Очень хорошо! В прошлом году поспорили, что я забью десять за сезон. Если я побеждаю, он должен сто пива. Если побеждает он, то я должен сто пива. Когда начался плей-офф, Димка забеспокоился. Я забивал в четырех матчах подряд. Было очень интересно. Оставалось три игры до конца сезона. Поехали к «Нафтану». Тренер меня заменил. Но я чувствовал, что могу забить, и обиделся :). Оставался один гол. Играли дома с «Гомелем». И, представляешь, я попал в штангу! После психанул. Сказал Молошу: «Давай я куплю тебе твое пиво, задрало уже! Никто знает, что там будет во Флоренции».

Но Димка меня поддержал: «Успокойся. У тебя будет момент. Не горячись». И действительно – я мог забивать «Фиорентине». Но Томович выбил мяч с линии ворот. После матча я подошел к нему и сказал: «Ну, что ты сделал?! Вот что ты сделал?» В общем, я остался должен Молошу. Но как-то у нас все не получалось встретиться. И все это время я не забивал. В итоге я нашел Диму, подстроился под него и все вернул. Мол взял долг вином: «Я столько пива за три года не выпью». И я начал забивать. Потом Молош позвонил мне и сказал: «Вот как отдал, так и поперло :)». Хороший парень.

– Сербы пьют пиво?

– У наших футболистов не принято пить пиво после матча. Да, ребята могут пойти после в клуб и там позволить себе какой-то коктейль или еще что-то. Но сразу по завершении матча максимум кола или кофе. Такого, как в Беларуси, чтобы прямо пивной культ, в Сербии нет. Еще, кстати, у вас больше любят чай. А в Сербии – кофе. Для нас считается нормальным сидеть на террасе кафе четыре-пять часов, общаться, решать какие-то свои дела. А у вас ребята ходят в рестораны только по каким-то поводам. В основном же все сидят по домам.

– Чем белорусы отличаются от сербов?

– Языком. Но после двух лет, проведенных в Минске, я чувствую себя здесь, как дома. Честно. В Беларуси мне не нравится только медленное обслуживание. Это не по-деловому. Вот смотри, я хочу разобраться со своими делами в банке за пять минут. Я спешу. Но меня держат там час. Почему?.. А в остальном все нормально.

Гандбол, вино, «Аякс»

– Что себой представляет твой родной город?

– Топола – маленькое место. Но приятное. Там сохранился королевский замок. Очень красивый. Есть гора. Природа классная. Тихо-спокойно. Можно хорошо отдохнуть.

Население – максимум десять тысяч. Люди в основном работают в полях. Фрукты-овощи. Производим вино. В общем, занимаемся сельским хозяйством. Хотя мои родители на контрасте увлекались спортом. Папа профессионально играл в гандбол. Наша команда выступала в первой лиге. Не высшей, а первой. Сербы любят игровые виды спорта. У нас везде есть футбольные клубы. Почти везде гандбольные. Если нету ничего, жители играют для себя.

Когда был совсем малым, попробовал каждый спорт. И гандбол, и баскетбол, и футбол, и волейбол. В Сербии хотят дать ребенку возможность выбора. То есть в детстве он пробует все, а потом решает, что ему больше нравится. Мне нравился гандбол. Я любил играть на фланге. Смещаешься в центр и бросаешь. Но футбол перевесил. Когда определился, школы стало совсем чуть-чуть. Был только футбол-футбол-футбол.

Мой старший брат, кстати, планировался профессиональным футболистом. Честно, он был намного сильнее меня. Плюс заряженность на борьбу. Он был готов рвать любого. Я чуть добрее :). Правда, брат получил травму и вынужден был закончить в 17 лет. Мне тогда было 13. Сейчас братик работает в ресторане. Начинал официантом. Потом устроился барменом.

Папа работает водителем грузовика. Мама бухгалтер в том месте, где производят вино. Родители смотрят каждую мою игру. Звонят потом по скайпу. Когда я играю так себе, папа любит рассказывать, как надо было вести себя на поле. Но после обязательно подбадривает: «Играй, не бойся, все будет хорошо». Я этому рад. Дома меня поддерживают жена и сын. По скайпу – папа и мама. Да я и сам стараюсь настраивать себя на позитив. Безусловно, жизнь не самая простая штука. Но если ты хочешь, чтобы тебе было хорошо, надо думать о хорошем. Все просто. Если хочешь чего-то достичь, надо думать об этом, подтверждать свое желание действиями и добиваться.

– Хотел бы, чтобы твой сын стал футболистом?

– Футболист, гандболист – лишь бы человеком был хорошим. Хотя я не буду против, если сын станет играть в футбол и станет делать это лучше меня. По пока пусть растет и учится.

– Ты считаешь себя хорошим футболистом?

– Не могу сказать, что я очень плохой футболист. Не могу сказать, что и очень хороший. Нормальный. Что-то могу. Если бы мне не хватало уровня, я бы не играл в «Динамо-Минск». Я понимаю, что потолок еще не достигнут. Да, раньше ко мне возникало много вопросов. Но теперь я стал опытнее и профессиональнее. И пользуюсь этим. Раньше рядом со мной, к сожалению, не оказалось человека, который мог бы подсказать. Возможно, при его наличии я бы построил себе более яркую карьеру. Хотя свою нынешнюю я не считаю плохой. «Динамо-Минск» – большая команда в моем понимании.

Да и глупо сидеть дома и плакать о прошлом. «О, блин, я мог куда-то там уехать». Что за ерунда? Ну, да – в 18 лет мной интересовались «Аякс» и «Динамо Киев». Но в 18 лет все мы были моложе, перспективнее и лучше. Правда, думать об этом спустя восемь лет странно. И вообще, зачем?

У меня есть настоящее, которое определит мое будущее. Да, иногда происходят плохие вещи. Но надо исправлять их и забывать. Мне кажется, это и есть опыт. Плюс не стоит довольствоваться достигнутым, всегда надо оставаться на земле. Ну, вот забил я семь в нынешнем году. Ну, и что? Надо дальше работать. У меня такие вот взгляды на жизнь.

Источник